Печать

Человек, который открывал двери

34760 0 0

 

Человек, который открывал двери

 

Узнав про смерть Свена Тумбы, я молча выпил за упокой его души – и тут же дал себе слово, что напишу некролог, в котором не стану делать из него идеального героя. Свен был слишком ярким человеком для такой банальности. Я лучше опишу его настоящего – такого, каким помню.

          Кажется, это – первое в моей жизни осознанное впечатление, связанное со спортом. Мне пять лет – или, быть может, шесть; я сижу на полу, а рядом, за столом, сидит отец; и я вместе с ним слушаю тот голос, что кричит из радиоприемника, рассказывая про матч чемпионата мира по хоккею. Телевизора у нас, конечно, еще нет.

Именно тогда я впервые услышал это слово – Тумба. Не запомнить его было нельзя. Не только потому, что оно, в отличие от всех прочих иностранных фамилий, звучало знакомо и имело смысл. Но и потому, что тот комментатор повторял его непрерывно. Можно было подумать, что этот Тумба вообще на площадке один.

          …Забавно, что в точности это сказал о нем (что я узнал, конечно, гораздо позже) великий Анатолий Тарасов: сегодня Свен в одиночку обыграл всю сборную СССР…

          Вы можете себе представить, что я испытал, когда в конце 80-х оказался членом правления первого в СССР гольф-клуба, который назывался (чего многие теперь уже и не помнят) «Гольф-клуб Тумба Москва», и президентом его был, конечно, Свен? Наверное, я бы меньше удивился, если бы лично познакомился с Винни-Пухом или пятнадцатилетним капитаном Диком Сендом – они тоже были литературными героями из моего детства, но при этом казались мне гораздо реальнее, чем тот Тумба из радио.

          Вообще-то его настоящая фамилия – Юханссон. Но от такой фамилии любой швед мечтает избавиться, потому что в Швеции Юханссонов столько, что хоть пруд ими пруди. И даже самый обычный Юханссон хочет чем-то отличиться от всех прочих. А уж необычному сам бог велел.

          Я вот думаю: с кем бы в России его сравнить? И понимаю: а не с кем его сравнивать. Ну нет у нас человека, который бы занимал в общественном сознании нации такое же место! Можно, наверное, вспомнить Всеволода Боброва – тот тоже, как и Тумба, играл за сборные страны и в хоккей, и в футбол. Но Свен-то, помимо этого, еще выступал за Швецию на чемпионате мира по гольфу (правда, любительском), и еще пытался играть в европейском профессиональном туре, и еще проектировал гольф-поля, и еще придумывал и проводил турниры, и еще…

          Да что там говорить долго! Давайте я вам просто опишу один реальный день, который я провел в Швеции где-то году в 90-м. С утра мы с коллегами съездили в зимний гольф-центр Тумба (это, кстати, название пригорода Стокгольма – отсюда и псевдоним пошел, превращенный затем в фамилию), который нам показывал один из сыновей Свена. Потом поехали смотреть гольф-поле, построенное по проекту Тумбы. Потом поехали на встречу с самим Тумбой. Остановились по дороге в магазине купить себе чего-нибудь из одежды, и на вешалке обнаружили самый дорогой костюм, который имел марку «Тумба». Наконец, вернувшись в машину, включили радио – и оказалось, что там передают какую-то песню на шведском, и ее тоже поет Тумба! В тот момент у меня появилось чувство, что в Швеции вообще нет ничего, что не имело бы отношения к Тумбе – и я клянусь вам, что не сочинил в этой истории ни единой детали.

          Свен был не просто любимцем своей страны – он был для нее любимым ребенком, обожаемым enfantterrible, которому в семье все разрешено и все прощается. Определение «большой ребенок» словно было специально придумано для него.

Стремление Свена открывать новое, придумывать то, чего в сдержанной, немногословной Швеции до него никто сделать не додумался, не только открывало ему любые двери, но даже иногда ломало стены. И не только в Швеции.

          Это было время, когда Тумба мог уговорить самого консервативного бизнесмена дать денег под самый безумный проект. Вроде строительства гольф-клуба в СССР, где гольфа отроду не знали.

          Приступил он к этому проекту совершенно в своем стиле: приехал в Москву, нанял речной трамвайчик с выпивкой и закуской, пригласил кучу народу, сделал несколько ударов драйвером с палубы – и торжественно объявил, что открыл сегодня первый московский гольф-клуб.

          Позже в тот вечер к нему подошел некий человек и удивленно сообщил, что он руководит всем спортом в Москве, но про гольф-клуб слышит впервые. Не расскажете ли, где ваш клуб находится, спросил тот человек (которого звали Анатолий Ковалев)?

          - Представления не имею! – гордо ответил Тумба. – Но я сегодня его открыл – значит, надо его теперь построить!,

          Ну прямо Винни-Пух, только что открывший Северный Полюс!

          Многие скажут, что в девелоперском бизнесе такой сказочный подход – мягко говоря, не самый надежный из возможных. И в подтверждение своих слов приведут именно клуб на улице Довженко, который был построен в результате той встречи, и история которого в учебники по экономике, прямо скажем, не просится – разве что в раздел «Нерентабельные проекты».

Но это – если говорить о чистой экономике; а есть ведь еще и чистый гольф. И кто бы что ни говорил, именно благодаря этому безудержному, ни в какие каноны и правила не укладывающемуся «методу Тумбы» и появилось почти четверть века назад в Москве первое гольф-поле, на котором выросли затем первые российские гольфисты. И памятник Свену в этом клубе поставлен совершенно заслуженно.

Никаким другим способом в безумном городе под названием Москва построить гольф-поле в такой близости к центру было невозможно – а можно было только таким, чисто сказочным. Если ты вдруг чего-нибудь очень-очень захочешь, говорит волшебник из этой сказки, то надо лишь взмахнуть волшебной палочкой (за нее сойдет и драйвер), а потом зажмурить глаза – и тогда невозможное вдруг станет возможным. Если хочешь гольф-поле – значит, будет тебе поле. Ну да, останутся долги. Но поле-то тоже останется!

А почему вдруг Свен решил заботиться о советских ветеранах спорта? Почему именно на операцию Льву Яшину стал собирать пожертования? Наверное, он сам не смог бы объяснить этого в рациональных терминах. С рациональным у него вообще было плохо, но это как раз неважно. Деньги тогда собрали, операцию сделали, жизнь великого вратаря продлили – вот это действительно важно.

  С Тумбой было непросто заниматься бизнесом, и даже в Швеции желающих делать это постепенно становилось все меньше. Бизнес вообще плохо сочетается со сказкой.

Свен порой мог говорить вещи, которые затем оказывались не вполне, выражаясь деликатно, соответствующими действительности. Но на него при этом трудно было даже сердиться – как трудно сердиться на измазанного вареньем ребенка, который смотрит на вас небесно-голубыми глазами и клянется, что в жизни не видел ту пропавшую из шкафа банку.

Про Тумбу еще говорили, что он умеет открывать любые двери. И это была, несомненно, правда – хотя и не вся правда. Один из ближайших друзей Свена по этому поводу как-то сдержанно произнес:

- Это верно, он всю жизнь ходит и открывает двери. А я потом за ним хожу и все эти двери закрываю.

А потом добавил:

- Но я люблю его. Его все любят. Как его можно не любить?

Свен Тумба умер 1 октября 2011 года в возрасте 80 лет. Мир праху его.

 

Алексей Николов

 

 

 

 

 

 

Теги:

Читать еще

Комментарии

Чтобы оставить комментарий необходимо зарегистрироваться.
Ассоциация гольфа России
Тур 10
Гольф-Профи
Titleist